,,

…Зло войны и благо мира до такой степени известны людям, что с тех пор, как мы знаем людей, самым лучшим пожеланием было приветствие «мир вам».

Толстой Л. Н.

Поиск

Операция «Звездочка». Сгореть, но спасти.

С первых дней войны, следом за валом немецкого нашествия, шла детская беда. Потеряв родителей, сироты бродили по лесным дорогам. Немало таких голодных, одичавших детей было и в Полоцком районе Белоруссии. В конце 1941 года они стали передавать друг другу, что есть в Полоцке такой учитель — Форинко, надо добираться к нему.

Перед войной Михаил Степанович Форинко работал в Полоцке директором детского дома. Он окончил педагогический техникум и учился заочно на математическом факультете Витебского пединститута. В первые дни войны ушел на фронт. Попал в окружение. По лесным дорогам стал пробираться в Полоцк, который уже был оккупирован немцами. Ночью Михаил Степанович постучал в окно родного дома. Его встретили жена Мария Борисовна и дети – десятилетний Гена и шестилетняя Нина.

%d1%83%d1%87%d0%b8%d1%82%d0%b5%d0%bb%d1%8c

Больше месяца Мария Борисовна, как могла, лечила мужа от контузии. А он, страдая от головной боли, говорил ей о том, что задумал. Проходя через разрушенные села, он видел осиротевших детей. Михаил Степанович решил попытаться открыть в Полоцке детский дом. «Я готов просить, унижаться, только бы разрешили собрать сирот» — говорил он.

Михаил Степанович отправился к бургомистру города. Он подобострастно кланялся, протягивая свое заявление. Форинко просил передать под детский дом пустующее здание, выделить хотя бы скудные продуктовые пайки. Немало еще дней он ходил на прием к бургомистру, порой унижаясь до крайности. Был случай, когда Михаил Степанович бросился мух отгонять от хозяина кабинета, уговаривая его подписать бумаги. Потом ему пришлось убеждать оккупационное начальство в своей лояльности. Наконец, он добился разрешения открыть в Полоцке детский дом. Михаил Степанович и его жена сами скребли, мыли стены ветхого здания. Вместо кроваток в спальных комнатах стелили солому.

Весть о том, что в Полоцке открылся детский дом стала быстро распространяться по району. Михаил Степанович принимал всех сирот – малышей, которых приводили жители, и подростков.

Несмотря на то, что в городе были расклеены объявления: «За укрывательство евреев жители будут казнены», Михаил Степанович, рискуя жизнью, приютил в детском доме чудом спасшихся еврейских детей, записав их на другие фамилии.

Поздней осенью 1943 года Михаил Степанович узнал, что немецкое командование уготовило его воспитанникам страшную участь. Детей как доноров развезут по госпиталям. Детская кровь поможет заживлять раны немецких офицеров и солдат. Мария Борисовна Форинко рассказывала: «Мы плакали с мужем, узнав об этом. Многие из детдомовцев были исхудавшие. Они не выдержат донорства. Михаил Степанович через своего бывшего воспитанника передал подпольщикам записку: «Помогите спасти детский дом.» Вскоре мужа призвал военный комендант Полоцка и потребовал составить список детдомовцев и указать, кто из них болен.» Никто не знал, сколько дней осталось существовать детскому дому, когда начнется фашистская экзекуция.

Подпольщики направили своего связного в бригаду имени Чапаева. Совместно разработали план спасения детей. В очередной раз явившись к военному коменданту Полоцка, Михаил Степанович, как обычно, угодливо склонившись, стал говорить о том, что среди воспитанников много больных и ослабленных детей. В детском доме вместо стекол – фанера, топить нечем. Надо вывезти детей в деревню. Там легче найти продукты, на свежем воздухе они наберутся сил. Есть на примете и место, куда можно переместить детский дом. В деревне Бельчицы много пустующих домов.

План, придуманный Форинко совместно с подпольщиками, сработал. Военный комендант, выслушав доклад директора, принял его предложение: в самом деле, стоит поступить расчетливо. В деревне дети поправят свое здоровье. А значит, больше доноров можно будет отправить в госпитали третьего рейха. Комендант Полоцка выдал пропуска на проезд в деревню Бельчицы. Михаил Степанович немедленно сообщил об этом полоцким подпольщикам. Ему передали адрес жительницы деревни Бельчицы Елены Мучанко, которая поможет ему связаться с партизанами. Между тем из Полоцка отправился связной в партизанскую бригаду имени Чапаева, которая действовала вблизи деревни Бельчицы.

К этому времени в Полоцком детском доме  собралось около двухсот сирот. В конце декабря 1943 года дети тронулись в путь. Малышей разместили на санях, старшие шли пешком. Михаил Степанович и его жена бросили свой дом, который до войны построили сами, оставили нажитое добро. Детей Гену и Нину также взяли с собой.

В Бельчицах детдомовцы разместились в нескольких избах. Форинко просил своих воспитанников меньше появляться на улице. Деревня Бельчицы считалась форпостом в борьбе с партизанами.

Здесь были сооружены дзоты, находились артиллерийские и минометные батареи. Как-то, соблюдая осторожность, Михаил Степанович Форинко зашел к Елене Мучанко, связной партизанской бригады. Через несколько дней она сообщила ему, что командование бригады разрабатывает план по спасению детского дома. Надо быть наготове. А пока распустить в деревне слух, что детдомовцев скоро увезут в Германию.

Сколько же людей в тылу врага будут рисковать своей жизнью, чтобы спасти неведомых им сирот. Партизанский радист передал на Большую землю радиограмму: «Ждем самолеты для поддержки партизанской операции». Это было 18 февраля 1944 года. Ночью Михаил Степанович поднял детей: «Уходим к партизанам!». «Мы были обрадованы и растеряны», — вспоминала Маргарита Ивановна Яцунова. Михаил Степанович быстро распределял: старшие дети будут нести малышей. Спотыкаясь в глубоком снегу, мы пошли к лесу. Вдруг над деревней появились два самолета. В дальнем конце деревни послышались выстрелы. Вдоль нашей растянувшейся колонны ходили старшие детдомовцы-подростки: следили, чтобы никто не отстал, не потерялся.»

Чтобы спасти сирот, партизаны бригады имени Чапаева подготовили боевую операцию. В назначенный час над деревней на бреющем полете проносились самолеты, немецкие солдаты и полицейские попрятались в убежища. На одном конце деревни партизаны, подобравшись к немецким постам, открыли стрельбу. В это время на другом конце деревни Форинко уводил своих воспитанников в лес. «Михаил Степанович предупреждал нас, чтобы никто не кричал, не шумел, — рассказывала Маргарита Ивановна Яцунова. — Мороз. Глубокий снег. Мы застревали, падали. Я выбилась из сил, у меня на руках малышка. Провалилась в снег, а встать не могу, нет сил. Тут из леса выскочили партизаны и стали подхватывать нас. В лесу стояли сани. Мне запомнилось: один из партизан, увидев нас, озябших, снял с себя шапку, рукавицы, а потом и полушубок – укрыл малышей. Сам остался налегке.» Тридцать саней увозили детей в партизанскую зону. В операции по спасению детского дома участвовало более ста человек.

Детей привезли в деревню Емельяники. «Встретили нас ,как родных, — вспоминала М.И.Яцунова. – Жители приносили молоко, чугунки с едой. Нам казалось, что наступили счастливые дни. Партизаны устроили концерт. Мы сидели на полу и хохотали.»

Однако вскоре дети услышали, как в деревне с тревогой говорят о том, что «идет блокада». Разведчики бригады сообщили, что вокруг партизанской зоны стягиваются немецкие войска. Командование бригады, готовясь к предстоящим боям, было озабочено и судьбой детского дома. На Большую землю отправлена радиограмма: «Просим прислать самолеты. Надо вывезти детей». И получен ответ: «Подготовьте аэродром». В военное время, когда всего не хватало, для спасения детского дома было выделено два самолета. Партизаны расчистили замерзшее озеро. Вопреки всем техническим нормам, самолеты будут приземляться на льду. Директор детского дома М.С.Форинко отбирает самых ослабленных, больных детей. Они отправятся первыми рейсами. Сам же он со своей семьей улетит из партизанского лагеря последним самолетом. Таким было его решение.

В те дни в этой партизанской бригаде находились московские кинооператоры. Они запечатлели кадры, оставшиеся для истории. Летчик Александр Мамкин, богатырского вида, красивый, с добродушной улыбкой, принимает на руки малышей и усаживает их в кабину.

7216611

7216615

 

К моменту событий, о которых идёт речь, Мамкин был уже опытным лётчиком. За плечами – не менее семидесяти ночных вылетов в немецкий тыл. Тот рейс был для него в этой операции (она называлась «Звёздочка») не первым, а девятым. В качестве аэродрома использовалось озеро Вечелье. Приходилось спешить ещё и потому, что лёд с каждым днём становился всё ненадёжнее. В самолёт Р-5 поместились десять ребятишек, их воспитательница Валентина Латко и двое раненных партизан.

Сначала всё шло хорошо, но при подлёте к линии фронта самолёт Мамкина подбили. Линия фронта осталась позади, а Р-5 горел… Будь Мамкин на борту один, он набрал бы высоту и выпрыгнул с парашютом. Но он летел не один. И не собирался отдавать смерти мальчишек и девчонок. Не для того они, только начавшие жить, пешком ночью спасались от фашистов, чтобы разбиться.

И Мамкин вёл самолёт… Пламя добралось до кабины пилота. От температуры плавились лётные очки, прикипая к коже. Горела одежда, шлемофон, в дыму и огне было плохо видно. От ног потихоньку оставались только кости. А там, за спиной лётчика, раздавался плач. Дети боялись огня, им не хотелось погибать.

И Александр Петрович вёл самолёт практически вслепую. Превозмогая адскую боль, уже, можно сказать, безногий, он по-прежнему крепко стоял между ребятишками и смертью. Мамкин нашёл площадку на берегу озера, неподалёку от советских частей. Уже прогорела перегородка, которая отделяла его от пассажиров, на некоторых начала тлеть одежда.

Но смерть, взмахнув над детьми косой, так и не смогла опустить её. Мамкин не дал. Все пассажиры остались живы. Александр Петрович совершенно непостижимым образом сам смог выбраться из кабины. Он успел спросить: «Дети живы?»

И услышал голос мальчика Володи Шишкова: «Товарищ лётчик, не беспокойтесь! Я открыл дверцу, все живы, выходим…» И Мамкин потерял сознание. Врачи так и не смогли объяснить, как мог управлять машиной да ещё и благополучно посадить её человек, в лицо которого вплавились очки, а от ног остались одни кости?

130409-d2187a664342312fa1d83f02a1e448b0

В партизанской деревне осталось 18 детдомовцев. Каждый день вместе с Михаилом Степановичем они ходили к аэродрому. Но больше самолетов не было. Форинко, виновато опустив голову, возвращался к семье. Чужих детей отправил, а своих не успел.

Никто еще не знал, какие страшные дни у них были впереди. Все ближе канонада. Немцы, окружив партизанскую зону, ведут бои со всех сторон. Занимая деревни, они сгоняют жителей в дома и поджигают.

Партизаны идут на прорыв огненного кольца. За ними на подводах – раненые, старики, дети…

Несколько разрозненных картин тех страшных дней остались в детской памяти:

  • Огонь такой, что срезало верхушки деревьев. Крики, стоны раненых. Партизан с перебитыми ногами кричит: «Дайте мне пистолет!»

Нинель Клепацкая-Воронова рассказывала: «Как только наступила тишина, Михаил Степанович, взяв меня за руку, сказал: Пойдем искать ребят.». Вместе мы ходили по лесу в темноте, и он кричал: «Дети, я здесь! Идите ко мне!» Перепуганные дети стали выползать из кустов, собираться вокруг нас. Он стоял в оборванной одежде, перепачканный землей, а лицо просветленное: дети нашлись. Но тут мы услышали выстрелы и немецкую речь. Мы попали в плен.»

Михаила Степановича и мальчиков-детдомовцев пригнали в концлагерь. Форинко простудился, ослабел, не мог подниматься. Ребята делились с ним кусочками еды.

Мария Борисовна Форинко вместе с дочерью Ниной и другими девочками детдома, попала в деревню, которую готовились сжечь вместе с людьми. Дома заколотили досками. Но тут подоспели партизаны. Освободили жителей.

После освобождения Полоцка семья Форинко собралась вместе. Михаил Степанович долгие годы работал в школе учителем.

 Источник  http://rusk.ru/st.php?idar=26904

Комментарии

Сходное

Сологубовка. Немецкое военное кладбище.

В России есть кладбище, куда народ не спешит даже на Пасху. Здесь нет оградок, нет живых цветов. Даже могильные кресты на этом погосте выглядят как-то странно. На гигантском участке, что в 100 км от С...

Афганистан. Страшные 10 лет бессмысленной войны.

Год 1979-й В июле в Баграм прибыл батальон из 111-го парашютно-десантного полка (111пдп) 105-й воздушно-десантной дивизии (105вдд)фактически, после штатного переформирования в 197...

«Адский косильщик»

   Хайрем Максим — человек, который изобрёл мышеловку и щипцы для завивки волос. Но прославился он благодаря пулемёту, который сеял смерть в обеих мировых войнах, заслужив звание самого «кр...
© 2014 Блог о ВОЙНЕ. Все права защищены.